Эмилия Бассано: еще одна ипостась величайшей загадки Уильяма Шекспира

Одной из наиболее ярких сенсаций мировой окололитературной жизни сего года (почему и меня взволновала!) стала полемика вокруг Эмилии Бассано как гениального поэта и драматурга.

Эмилия Бассано – венецианская еврейка, женщина совершенно исключительной, подлинно библейской красоты. Ее и именовали то «лондонской Иезавелью», то «лондонской Суламифью». Родилась она в 1569 году.
Эмилия была и необыкновенно умна: она совершенно свободно изъяснялась на всех языках Западной Европы. И начитана. В семье Эмилии было множество выдающихся музыкантов и даже композиторов.
И с течением времени весь этот кагал Бассано перебрался из Венеции в Лондон, где семейство Бассано стало придворными музыкантами «Рыжей Бэсс» (Елизаветы I Английской, династии Тюдоров). Так очутилась в Лондоне и Эмилия.
По мнению специалистов, желающих вновь и вновь перевернуть вверх дном мир классического шекспироведения, не дОлжно быть сомнений в том, что Эмилия Бассано – и есть реальный Уильям Шекспир.
Она долго жила (Эмилия умерла в Лондоне аж в 1645 году, уже при Карле I Стюарте, внуке Марии Стюарт), жила богато, беззаботно. У нее могло быть время написать бесчисленные шекспировские шедевры. К тому же Эмилия Бассано – родом из Венеции, она прекрасно знала и очень любила родной город.
На страницах «Венецианского купца» и «Отелло» встает великолепная панорама Венеции. А ведь общеизвестно: Шекспир берега Британии вообще не покидал. Что же, вполне логично.
И к тому ж, что есть вообще «Венецианский купец»? Это, по сути, история живущей в Венеции еврейской девушки (дочери Шейлока). Но ведь это и есть Эмилия Бассано!
Филологи добивают нас доказательствами. В произведениях частенько встречается не только женское имя Эмилия, но и фамилия Бассано. И последнее: многие из произведений Шекспира (ныне, во всяком случае) воспринимаются так, словно их создала женщина. Что до некоторых сонетов, так по мне, они, несомненно, написаны женщиной. Вот-де и еще один вариант в пользу авторства Эмилии Бассано. И к тому ж ее личная жизнь.
Эмилия не только была, по сути, официальной любовницей одного из наиболее знатных людей Англии лорда Чемберлена (Генри Кэрри), но еще и наставляла ему рога с великим английским поэтом и драматургом того времени Кристофером Марло. От Марло Эмилия даже родила ребенка. И Генри Кэрри, и Кристофер Марло – все это имена, находящиеся в постоянном обиходе шекспироведов. Ну, что сказать… Еще одна и довольно стройная версия…
Значит, Уильям Шекспир – это Эмилия Бассано. Пусть так. Хотя есть и иные версии – по мне куда более убедительные. Например, Шекспир – это величайший английский философ, сэр Фрэнсис Бэкон. Шекспир – это лорд Сидни; или другой аристократ, герцог, кажется, Ратленд. Наконец, еще одна – и очень симпатичная – версия: Шекспир – это и есть Кристофер Марло.
И тогда можно напрямую сравнивать их трагедии. Да, но как быть с женским следом в шекспириане?
На этот вопрос блестяще отвечает выдающийся русский поэт Владимир Солоухин (см. его публицистический шедевр «Камушки на ладони»). Солоухин полагал, что Шекспир – это королева Французская, Английская и Шотландская, великая пленница Мария Стюарт. Вот уж где знание языков! А география? Мария всю Европу знала, как свои пять пальцев. Да и личная жизнь у королевы-страдалицы бурлила куда шибче, нежели у Эмилии. И времени свободного (в заточении!) у Марии было хоть отбавляй…
Так что я, скорее, за солоухинскую версию: Шекспир – это Мария Стюарт. А к чему – спросите Вы – и вообще все эти версии?
Может, автором является попросту Шекспир, парень из Стратфорда-на-Эйвоне, как мы и привыкли? Да я и сам бы рад в сие верить…
И дело не в том, что Шекспир – отнюдь не аристократ, по сути – простолюдин. И даже не в том, что Шекспир никуда не выезжал со своих островов… Оно бы Бог с ним…
Просто, лет десять тому назад, я прочитал Завещание самого Уильяма Шекспира, чья аутентичность многажды доказана (см. Уильям Шекспир. Исторические хроники. М., ЭКСМО-PRESS, 2001). Прочтите это Завещание.
Я не к тому, что Шекспир там подробно расписывает, кому должны достаться по смерти его нитяные чулки! Шекспир об этом пишет! И не в том, что Шекспир с придыханием пишет о том, что дочери его Джудит должен достаться большой позолоченный кубок…
О Боже! Вчитайтесь внимательно! В тексте Завещания (а оно — повторяюсь – подробнейшее) поминается домашняя Библия. Знаете, такая, где на полях пишут, когда внуки родились, когда крестины, то да сё… И всё! Больше никакая книга в Завещании Шекспира не упоминается!
У Уильяма Шекспира, автора самой гениальной драматической пенталогии в истории человечества («Ромео и Джульетта», «Отелло», «Король Лир», «Гамлет» и «Макбет»), у творца «Бури» и «Тита Андроника» — дома не было библиотеки?!
И как вывод: Вам, уважаемый читатель, уж как угодно будет, а я остаюсь с Владимиром Солоухиным и его Марией Стюарт…