Brexit как процесс. Каковы первые итоги прошедших в Великобритании парламентских выборов?

«Тереза Мэй не хочет уходить, постарается удержаться как премьер меньшинства, будет коалиционный торг:
картина окончательно прояснится через неделю-другую».

Исраэль Шамир.

Консерваторы победили на выборах в британский парламент, но не гораздо.
В Парламенте Соединенного Королевства 650 мест. Тори получили лишь 318 мест; то есть на 12 меньше, чем в 2015-ом. Для формирования однопартийного правительства необходимо, однако, иметь 326 мест в Парламенте.
Лейбористы Джереми Корбина получили 261 парламентский мандат, на 29 больше, чем на предыдущих выборах.

Расклад
Ситуация в главных странах глобального Запада настолько запуталась, что хоть караул кричи!
Речь не о Германии, там, что фрау Меркель, что херр Шульц – хрен редьки не слаще. И не о Франции: не подпустят Марин Ле Пен впритык до мужа собственной мамочки! А классические партии – что социалисты, что голлисты – во Франции в таком упадке, что сие угрожает самому бытию Пятой Республики.
Речь только об англосаксах! Точнее – о Соединенных Штатах и Великобритании: Brexit и Трамп.
По мнению большинства западных – даже проглобалистских! – экспертов, первая серьезная ошибка власть в глобальном мире предержащих была допущена во время Brexit’a. Нельзя было ни в коем случае дать возможности добиться успеха сколь-нибудь антизападным силам, ни даже отпускать душу Кэмерона – на покаяние. Это была ошибка!
Глобалистам удалось, правда, как-то купировать чисто внешние последствия: задвинули куда-то на глухую периферию Найджела Фарраджа.
Что до Бориса Джонсона, то правящий истеблишмент дал ему прекрасную возможность проявить себя в роли аульного сумасшедшего. Надо отметить, что Борис сей возможностью прекраснейшим образом пользуется. Но беда не только в этом.
Оказывается, полагают западные эксперты, именно то, что так равнодушно был воспринят Brexit, и открыло дорогу Трампу в Белый Дом. Трампа – объясняют нам – надо было останавливать еще на дальних подступах! А как? Грохнуть еще прошлым летом?

Формальная логика
Однако ситуация в Англии на деле куда серьезнее, нежели в США.
Англичане ведь ни в ходе Brexit’a, ни в ходе нынешних выборов даже не поднимали вопрос о русском вмешательстве, о вездесущих русских хакерах и о коварнейшем из коварных – Владимире Владимировиче Путине.
Это немцы еще до выборов в Бундестаг уже вопят, что-де Путин, хакеры… Причем недовольны оба: и Меркель, и Шульц. «Судья по ходу матча подсуживал обоим соперникам». Подсуживать обоим соперникам… А, может, это означает просто судить объективно?
Нынешний Запад – я давно уж это понял – отказался от главнейшего наследия греков. От формальной логики Аристотеля.
Не только немцы: и Макрон ведь во всех своих бедах обвинил русских. При Путине обвинил! Эммануэль Макрон сделал такую рекламу самой Симоньянц и «Russia Today», что сие и переоценить невозможно.
И в Штатах видно отсутствие логики невооруженным глазом.
Выступает Коми; ну, то есть, как выступает… Маккейн его допрашивает. В прямом эфире. Демократия, друзья, все честь по чести. И Коми, директор ФБР, жалуется американскому народу: дескать, Трамп меня, болезного, уволил. Из-за нехватки доверия. Он мне, главе ФБР, недостаточно доверял! Неслыханно!
Но через секунду Коми сообщает Маккейну, что он записывал за Трампом их конфиденциальные разговоры. За Обамой, дескать, нет, а вот за Трампом…
Так ты, с..ка, за непосредственным шефом, Президентом США – записывал?! И теперь жалуешься, что Трамп уволил тебя за недостатком доверия? Да тебя повесить мало!
И вообще Западу пора определиться: или Россия страна с отсталой технологией, и тогда какие вообще хакеры? Или Россия глобальный игрок – и тогда загнать ее в угол не удастся… Нереально…

Промашка Мэй
Надо признать, англичане – не французы и не немцы. И даже не американцы. Имперские чувства не увяли, и они не любят валить ответственность на кого-либо: даже и на русских…
Помните, у сэра Уинстона Черчилля: «Англичане – не антисемиты, потому что мы не полагаем себя глупее евреев».
Сказано веско: но ведь важно и то, что подавляющее большинство англичан и сегодня разделяют сии воззрения великого тори. Хотя, конечно же, знают (да и сам Черчилль знал!), что роль евреев в истории их отчизны, Великой Британии, неоднозначна. Достаточно вспомнить о самом ярком английском политике XIX века – премьер-министре королевы Виктории лорде Биконсфильде (Бенджамине Дизраэли).
Тереза Мэй – тоже тори, как и Черчилль. Но опыта высокой политики у сей дамы – нет. Потому она и допускает глупейшие ошибки, которые сэр Уинстон позволить себе не мог.
«Это катастрофа для руководства британских тори. Политика Терезы Мэй ставится под сомнение, и она будет находиться под давлением коллег (по партии, видимо – Я.Т.), которые потребуют от Мэй уйти в отставку, если результаты выборов будут подтверждены».
Так полагает Саид Йэн Бегг, эксперт Лондонской фондовой биржи, и задается вопросом иным: «Зачем Тереза Мэй вообще пошла на досрочные выборы? Просидела бы до конца легитимной каденции, завершила бы все процессы, связанные с Brexit’ом…».
И взаправду! Перевыборы Терезе Мэй предстояли бы аж в 2020 году. Чего ради она пошла на такое обострение игры?
Виновны социологи; те самые, которые предсказывали безоговорочную победу Хиллари – над Трампом.
Социологи уверенно предрекали Мэй победу с разницей в процентах, выражаемых двузначным числом. Как минимум, на десять процентов должны были опередить консерваторы – лейбористов. Не сбылось…

В поисках выхода
Брайан Клаас, профессор Лондонской школы экономики, объясняет: «После сюрпризов Brexit, успеха Дональда Трампа, мы видим еще один урок двух последних лет. Избиратели не любят, когда за них решают, кому отдать их голос и провозглашают заранее итоги выборов как нечто само собой разумеющееся».
Клаас прав, но это не снимает вопрос: зачем Мэй вообще пошла на выборы? Неужто не было умных людей рядом: подсказать…
Ведь что мы имеем на данный момент: консерваторы, возглавляемые Терезой Мэй, несомненно, победили. Но победа сия настолько не абсолютная, что ее и победой-то трудно назвать в полном смысле этого слова. Ведь теперь для того, чтобы создать дееспособное правительство, есть три пути:
а) консерваторы (Тереза Мэй) создают кабинет в альянсе с шотландскими националистами (35 мест в парламенте).
б) Лейбористы (Джереми Корбин) идут на тот же альянс с шотландцами.
в) создание т.н. Большой Коалиции (консерваторы+лейбористы).
Все эти варианты мне видятся сомнительными.
Шотландцы против Brexit’a – как им договориться с Мэй?
Корбин – антиглобалист: о чем ему говорить с шотланцами, которые сегодня – глобалисты.
Наконец, «большая коалиция» не получалась в Лондоне и в лучшие годы.
К тому же следует учесть вот что: пока общемировой либеральный мейнстрим травил Марин Ле Пен (и продолжает травить Дональда Трампа), выявилась угроза куда более серьезная. Джереми Корбин реально может стать премьером Великобритании: а он, по сути – убежденный коммунист. И это – правда! А, главное, Джереми открыто и последовательно – единственный средь евроатлантических лидеров – стоит за выход Великобритании из НАТО.
Вообще англичан следует уважать: сказав «А» (Brexit), они теперь пытаются сказать «Б». Что они вкладывают в это «Б»?