Как и большинство читателей – кино люблю. И кино – штатовское, итальянское, не говоря уж о советском, убежден – знаю очень хорошо. Однако ж – не во всем так.

Вот, скажем, я почти незнаком с китайским кинематографом. Мощнейшая же киноиндустрия Азии – индийская (см. Болливуд) – мне, почитай, неведома. Я даже фильмов Раджа Капура («Бродяга», «Господин 420») не видел. О самом Капуре слышал, конечно: а вот фильмов его нет, не видел. И смотреть боюсь: не вынесу всего этого заунывного пения и бесконечных танцев.

«Великолепный век» как символ перемен
Что до турецкого кинематографа, то еще года три назад я мог со всей ответственностью заявить, что и вообще ни одного турецкого фильма не видел.
Турецкий кинематограф воспринимался в мире как некая разновидность занудных индийских (или, скажем, латиноамериканских) сериалов, кои специально для ублажения домохозяек и снимаются. Хорошо это, плохо ли, но так оно и было.
Более того, турки в создании таковых слезливых мыльных опер даже и достигли уровня чуть ли не шедевра: уже на излете сентиментальной эры турецкого кинематографа – года четыре тому — они выпустили сериал «Королек – птичка певчая», снятый по бестселлеру Гюнтекина. И сериал этот в Европе (и в России, кстати) переплюнул по популярности – преизрядно! – самые звездные латиноамериканские мыльные оперы.
Но время – изменилось. Уже в 2001г. выдающийся политолог (в будущем – премьер-министр Турции) Ахмет Давутоглу выдвинул идею отказа от кемалистского наследия и – по сути! – возрождения величия Османской империи (см. Ахмет Давутоглу «Стратегическая глубина. Международное положение Турции»).
Турецкое же кино обратилось к самым ярким страницам истории турко-османского этноса. И вот фильм, который я увидел (первый фильм турецкий, который я увидел), а именно «Muhtesem Yuzyl» («Великолепный век»), и ознаменовал эпоху начала неоосманизма в турецком кинематографе.
Фильм добился успеха двойного: с одной стороны, на протяжении нескольких лет консолидировал турецкую нацию вокруг фигур прошлого подлинно величественных: великого полководца, победителя над католиками при Мохаче (1526) грека Паргалы Ибрагима ( в роли Феодороса — Окан Ялабык). Или жены Селима Явуза, матери Сулеймана Великолепного, крымско-татарской царевны Айше Хафса-султан (в исполнении выдающейся турецкой актрисы, грузинки – из мухаджиров – Неббахат Чехре).

Идеализация османской истории
С другой стороны «Великолепным веком» туркам удалось нанести мощный удар по мироощущению миллионов зрителей вне тюркского мира; и даже вне мира ислама.
Понятно, что большинство зрителей мыслящих – в России ли, в Греции ли, да в той же Германии – прекрасно понимают, что все эти гаремные роскоши – это просто стилизация под историю XVI века. Да что там стилизация! Идеализация бессовестнейшая! Убежден, что сераль Сулеймана Великолепного был лишь улучшенным вариантом бахчисарайского гарема Гиреев.
Но авторы сериала своего добились: портреты красавиц сулейманова Константинополя – и с характеристиками восточно-тюркской красоты – заполонили Европу (Сельма Эргеч – Хатитдже, Филиз Ахмет – Нигяр).
А османские красавицы что – красотками не были? Про Хатитдже и Нигяр сказать ничего не могу. А вот портреты, писанные живописцами XVI века, портреты двух главных героинь «Великолепного века» – Махидевран (Гюльбахор) и Хуррем (Сашеньки Лисовской) – свидетельствуют: реально – красавицы! Но красавицы того времени, XVI столетия, а не супермодели XXI века (Мириам Уэзерли – Хуррем, Нур Айсан Феттахоглу – Махидевран).
Однако теперь это и не важно: для миллионов зрителей турецкого суперсериала по дворцам – и в Константинополе, и в Пруссе – уныло бродила бесконечно отвергаемая Сулейманом сверхкрасавица, мать шах-задэ Мустафы – Нур Айсан. Умно: турки увязали свой первый неоосманский суперсериал – с главными успехами как бы предыдущего, сентиментального периода турецкого кинематографа.
Исполнитель главной роли – Кямрана – в сериале «Королек – птичка певчая», Бурак Озчевит, играет в «Великолепном веке» османского героя без страха и упрека – ставшего популярнейшим образцом мужчины и воина – Бали-бея Малкочоглу.

Халит Эргенч
Но главное: увязать удалось главного героя.
Исполнитель роли Онура Оксала в сверхпопулярной турецкой «Тысяче и одной ночи» (2006-09), актер Халит Эргенч, сыграл в суперсериале главную роль, роль Сулеймана КанунИ. Причем, что любопытно, в промежутке между двумя этими важнейшими ролями, Халит Эргенч сыграл самого Кемаля («Depsimiz Ataturk», 2010)!
Турки, казалось бы, сделали небольшой перерыв. Успех «Великолепного века» был столь велик, что его надо было осмыслить. Понятно было к тому ж, что в последний сезон сериала «Великолепный век» произошла и некая, мягко говоря, накладка: в роли Хуррем в последних сериях на месте ставшей культовой красавицы-блондинки Мириам Уэзерли оказалась малопонятная(?) Вахиде Перчин. Но перерыв реально оказался небольшим.
Во-первых, турки решили на ясном глазу продолжить «Великолепный век». И вот уже пошли первые эпизоды сериала «Великолепный век. Кесем-султан», сериала, посвященного великой Хасеки-султан века XVII.
Кесем-султан (Махпейкер-султан, 1590, Тинос – 1651, Константинополь) – гречанка Анастасия, дочь православного священника, вошла в историю как законная жена султана Ахмеда I и мать сразу двух султанов — Мурада IV и Ибрагима I.
Но, впрочем, сериал «Великолепный век. Кесем-султан», судя по первым отзывам имеет все недостатки любого продолжения… Да к тому же я ни одной серии и не видел, о чем тут шибко толковать. А вот сериал иной – хоть с запозданием! – уже начал свое победное шествие по миру.
Запоздание – оно из-за попытки антиэрдогановского пронунсиаменте (военного переворота), что сорвался в июле сего года в Анкаре-Константинополе.
Впрочем, сами турки заявляют, что после как бы повторного «помазания» Реджепа Тагипа Эрдогана на султанат, фильм стал еще более актуален.

Фильм «Ты, моя Родина!»
Новый целевой сериал турок именуется «Vatanim Sensin!» («Ты, моя Родина!») и снят режиссерами Дурулом Тайланом и Ягмуром Тайланом.
Первоначально название фильма звучало совершенно иначе: «Vatan Haini», то бишь «Изменник Родины». Однако после июльских событий 2016 года название сие стало весьма двусмысленным: что за изменник Родины – Фетхуллах Гюллен, что ли? И вот появилось это, куда более – даже по турецким критериям – политкорректное: «Vatanim Sensin» («Ты, моя Родина!»).
В главных ролях – офицера армии султана Мехмеда V Решада, капитана Джевдета и его жены Азизе – супружеская пара: 46-летний Халит Эргенч, Сулейман из сериала «Великолепный век», и его – лет на пятнадцать моложе – жена, Бергюзар Корал, игравшая, кстати, с Халитом Эргенчем главные роли в «Тысяче и одной ночи».
В тех двух сериях «Ты, моя Родина!», что я повидал, оба этих актера, как, впрочем, и иные – играют очень хорошо; придраться не к чему. Огорчает иное.
Сюжет фильма ясен: греческие войска, посланные Элефтериосом Венизелосом, захватывают Смирну.
Вообще-то шибкого захвата не было: в соответствии с Мудросским перемирием, которое заключило младотурецкое правительство под эгидой вышепомянутого султана Мехмеда V Решада (и при четкой поддержке Антанты), греческая армия, возглавляемая генералом Леонидасом Параскевопулосом, вошла 15 мая 1919 года в Смирну. Правда, сторонники уже весьма укрепившегося к тому времени Мустафы Кемаль-паши (будущего Ататюрка), законности условий Мудросского перемирия – не признавали.
Однако в фильме показано – и это прокламируется как главное – что зверства войск Параскевопулоса были неописуемы. Об этом, кстати, заявляет в своих интервью и сам Халит Эргенч.
Обижаться нечего. Для турецкого актера греки-стратиоты Л.Параскевопулоса – жестокие оккупанты.

Апология исторической правды
Для Халита Эргенча и режиссеров-Тайланов (они – турки!), Леонидас Параскевопулос, а – далее – и Константин I, греческий король и полководец, есть оккупанты. А для меня сами турки – пусть даже и с характерной греческой внешностью, как у Халита Эргенча и Окана Ялабыка – для меня сами турки есть оккупанты. И по всей территории нынешней Турции – от Адрианополя (Эдирне) и до Красной Яблони!
Что же, призадумаетесь Вы, уважаемый читатель: мое, Яниса Тиктопулоса, слово – против слова Халита Эргенча? Да не так все просто…
В тех двух сериях «Ты, моя Родина!», что я видел, местное население Измира (город ни разу не назван Смирной!) воспринимает греков как совершеннейших чужаков, ворогов, реально – оккупантов. Но ведь это – чушь полнейшая!
Это как выступает звезда «Что? Где? Когда?» адвокат Илья Новиков и рассказывает, как весной 2014, под косыми взглядами украинского населения, русские солдаты, посланные Путиным – захватывали объекты в Севастополе. Какое украинское население – в Севастополе? Как могут быть греки – оккупантами в Смирне?
В Османской империи Смирна всегда была центром особого пашалыка, а с 1864 года – при султане Абдул Азизе (1861-76), сыне Махмуда II – значение города и еще более возросло. Смирна становится центром важнейшего вилайета Айдын. Но мусульмане-османлисы не любили Смирну: они называли город «Гяур-Смирна» из-за огромного процента немусульманского населения, проживавшего в городе.
Капитан Джевдет, герой Халита Эргенча, о сем не ведает: сам Джевдет, его жена Азизе, их многочисленные знакомые – все они обсуждают «греческую оккупацию» Смирны (я пишу! – для меня в кавычках!) как нечто несусветное.
Какие-то греки, агалар! Да мы ни о каких греках отродясь не слыхивали!
Смирна в начале ХХ века
В 1912 году по указанию султана была проведена перепись населения Смирны. Смирна оказалась третьим по численности – после Константинополя и Фессалоник – городом империи османлисов. А ведь вскоре Константин отвоюет для Эллады Салоники!
Население Смирны было огромным – в районе полумиллиона человек. Мусульмане – и прежде всего османы – составляли лишь около пятой части всего населения огромного города. 20% всего! А ведь если судить по сериалу Тайланов, по крайней мере, по тем двум сериям, что я видел – по Смирне только турки и ходили! Нет, не так. Еще 5% — евреи, около 3% — армяне, были общины и того мельче – ассирийцы, друзы, лазы…
Греков в 1912 году было в Смирне чуть менее 300.000 человек – около 60%! По любым параметрам статистики любой – Смирна была городом греческим. И речь надобно вести – четче с дефинициями, господа, четче! – не об оккупации вовсе; войска Леонидаса Параскевопулоса освобождали Смирну – от турок. От таких вот благостных парней и их жен, как капитан Джевдет и Азизе.
И о греческих зверствах – не забудем. Мне трудно себе представить войска, которые совершают зверства, входя в свой собственный город. С чего бы это греческие солдаты, войдя в свой собственный город, там бы шибко так вызверились. Кстати, в это же – 1919 — время греческие войска стояли в Севастополе и Одессе.
В этих городах жило в подавляющем большинстве население – негреческое. Более того, противники греков на тот момент в Южной России даже не могли восприниматься как православные: это были большевики.
Греков много ругают в России за участие в походе на Советскую Россию (1919-20). Хотя – куда Элладе шибко было-то деваться? Член Антанты все-таки…

Националистический турецкий кинематограф
Греков много ругают, но ни один русский историк не обвиняет греков ни в каких зверствах, совершенных в Севастополе и в Одессе. Не совершали, попросту говоря. С какого ж перепугу греки должны были зверствовать в Смирне?
Капитану Джевдету (он же – Халит Эргенч), бродящему по экрану две серии со скорбным видом, надобно было вспомнить – об иных зверствах. 9 сентября 1922 года в Смирну вошли банды Кемаля – и вот тут греки поняли, почем фунт лиха!
У нас в Каллифее жил некто Вангеллис Линидис, он родился в 1925 году в Одессе, и маленьким совсем его привезли в Каллифею. Так здесь и прожил всю жизнь…
Так вот, его семья – ромеи-греки Понта – были из Смирны. И когда они бежали, то прорвались к каким-то греческим кораблям, стоявшим в гавани. В гавани их грабили турки.
Какой-то офицер-кемалист отнял у семьи Линидисов все, и кольца обручальные снял. А у матери Вангеллиса потребовал снять драгоценные серьги. Та одну-то сняла, а вторая, видать, въелась – и никак. Турок вынул ханджар и отрезал молодой женщине мочку уха. Так она в Греции и жила…

P.S.
А, впрочем, по мне – выход даже этого турецкого фильма – «Vatanim Sensin» («Ты, моя Родина!») – симптом для Эллады радующий.
На сегодня – конец 2016 – Греция находится настолько не в своей тарелке, что ее правящий класс на полном серьезе готовится принять со всеми почестями вашингтонского отставной козы барабанщика! И надежды еще какие-то питают…
Что там Шойбле! Даже Марин Ле Пен, анализируя ситуацию в Восточном Средиземноморье, учитывает все – даже албанский фактор. Об Элладе – ни слова.
Турки – внушают надежды! Они сняли фильм – исключительно эллинофобский – причем в обеих ипостасях сего термина. Даже благородные лица Халита Эргенча и Бергюзар Корел – перекашивает: такая ненависть к грекам как таковым.
Но чувствуется и фобия иная. Авторы нового турецкого сериала греков боятся! Вроде и бояться-то нечего; бояться Алексиса Ципраса и Кирьякоса Мицотакиса – вообще смертный грех. Но этот страх – из-под глыб: не случайно турки еще в 2012 году выпустили супербоевик «Fetix. 1453» («The Conquest», 1453), посвященный взятию Константинополя.
Так вот, по мнению русского журнала «Искусства кино», наш последний василевс Константин XI Драгаш Палеолог выглядит в сем фильме куда значимей и героичней, чем победитель – султан Мехмет II Фатих.
Да, все еще опасаются нас турки: и подлинных греков это не может не обнадеживать…

Сообщение По заветам Ильича появились сначала на АФИНСКИЙ КУРЬЕР.