Звезды новогреческой литературы: Константинос Паламас – второй национальный поэт Новой Эллады

Глава 3.

Новогреческая литература имеет двух национальных поэтов – Дионисиоса Соломоса и Константиноса Паламаса. У англичан национальный поэт один (Шекспир), и у немцев один (Гете). И у русских таков (Пушкин). У французов – и вообще не знаю; может быть, Гюго? У греков национальных поэтов разом двое.

Константинос (Костис) Паламас, в отличие от двух своих предшественников в нашей рубрике – о греках-номинантах на литературную Нобелевскую премию – Бернардакиса и Суриса, в Греции широчайшим образом известен. Изучается в школе, поминается в хрестоматиях и энциклопедиях.

Биография Паламаса. Начало

«На сегодня К.Паламас самый крупный в Европе поэт».
Ромэн Роллан, Нобелевская премия по литературе 1915.

Костис Паламас родился в 1859г. в Патрах в преуспевающей, культурной семье. В 7-летнем возрасте мальчик потерял родителей и переехал в Миссолонги к дяде, богослову и филологу. Литературное окружение дяди, его богатейшая библиотека на кафаревусе и западных языках, рано пробудили и развили поэтическое дарование юного Костиса.
С девяти лет Паламас начинает писать.
Начало литературной деятельности Костиса положил его первый сборник «Τα τραγούδια της Πατρίδος μου» (1886). До конца века XIX выходят знаковые сборники стихов Паламаса: «Ύμνος εις την Αθήναν» (1888-89), «Τα μάτια της ψυχής μου» (1892), «Ίαμβοι και ανάπαστοι» (1897) «Τάφος» (1898). Особенно выделяется «Гимн Афине», блестящая попытка стилизации под гомеровские гимны. Но конец столетия сулил Паламасу неприятные сюрпризы.

Особенности мировоззрения Паламаса
Паламас, как и большинство успешных новогреческих поэтов, был приверженцем димотики (возможно, потому и был успешным). По сути, на кафаревусе в новогреческой литературе писал полностью лишь Пападиамантис (но он прозаик).
Частично, конечно, писал, на кафаревусе и Кавафис, но к нему-то слава пришла уже после кончины. Однако Паламас, создавая свои произведения на димотике, был человеком отнюдь не прогрессивных убеждений.
Ярый националист, сторонник Μεγάλη Ιδέα, Паламас был потрясен поражением Эллады в войне с турками (1897). Это ломало его экзистенциальные установки: поэт полагал, что греки должны по прямой, не сворачивая, давить аж до Красной Яблони! А, оказалось, что «больной человек Европы» пока помирать не собирается.
Паламас даже отошел несколько от поэзии, создав свои лучшие произведения в жанре лирической драмы («Τρισευγενή», 1903), а также прозы («Θάνατος παληκαριού», 1901). Тогда же поэт начинает публиковать свои рассказы, вышедшие полным изданием в 1920 («Διηγήματα»).
Паламас – дипломированный юрист (окончил престижнейшую и поныне Νομική Σχολή Αθήναι). Но адвокатурой он вообще не занимается – сердце его отдано поэзии: Паламас основывает Новую Афинскую школу поэзии.
Окончательно формируются и общественно-политические взгляды Паламаса – он правый радикал. Причем – Константинос Паламас – поклонник Византии, что вообще для греческой культуры ХХ века – весьма странно. Греческая культура ХХ века – левая.
Паламас выступает в поддержку Православия как национальной церкви, воспевает завоевательную, как сегодня о ней пишут, политику греческой монархии первой четверти ХХ века.
Паламас – ярый поклонник – одновременно – и Венизелоса, и кронпринца Константина. Венизелоса – потому что Μεγάλη Ιδέα.
Константина-Стратилата (Στρατηλάτης) – за то, что возвернул в состав Греческого королевства Фессалоники – второй по всем параметрам город Великой Восточной Римской империи.

Паламас. Расцвет
В начале ХХ века творчество Паламаса выходит уже на уровень высочайший. Он создает произведения, ставшие и для греков, и для всей Европы, весьма и весьма значимыми. Как доказательство, большие выдержки из оных вошли в культовый том советской «Библиотеки Всемирной Литературы». (См. Западноевропейская поэзия ХХ века. М., 1977, фрагменты поэм «Неподвижная жизнь» и «Двенадцать песен Цыгана», стр. 260-96., БВЛ).
Вышеупомянутые поэмы «Η ασάλευτη ζωή» (1904), «Ο Δωδεκάλογος του Γύφτου» (1907), стихотворные сборники «О φλογέρα του Βασιλιά» («Царская флейта», 1910), «Οι καημοί της λιμνοθάλασσας» («Горести лагуны», 1912), «Σατιρικά Γυμνάσματα» («Сатирические этюды», 1912), «Βωμοί» («Алтари», 1915) – по сию пору полагаются непревзойденными образцами новогреческой поэзии.
Паламас как подлинный патриот Эллады поддерживает победы своего оружия во всех войнах, что вела Эллада в первой четверти ХХ века. Он восторгается македономахами, приветствует (повторяюсь!) взятие Фессалоник, переживает по поводу утраченного эллинизма Северного Эпира.
Но особливый энтузиазм Паламаса вызывает Малоазийская война 1919-24, освобождение Смирны от турок. Великий турецкий поэт (кстати, коммунист) Назым Хикмет искренне возмущался, что-де Паламас воспевает взятие греческими оккупантами турецких городов Истамбула и Измира: О, Господи!
Это как сегодня выдатнЫе украiньские письменники (все как один в прошлом – видные члены КПСС), а именно Драч, Яворивский, Олийнык – все как один турбуются (переживают; от турбулентности, что ли…). А то, как же? Даже формулу нашли. Тимчасово оккупованный Севастопiль… То есть, временно оккупированный Севастополь. Кем оккупированный? Севастополь – русскими? Даже песню перевели:
«Севастопiль, Севастопiль,
Гордисть наших морякiв!»
Не русских… Наших! Чьих это – ваших?
Паламас же, на заре Малоазийской войны, в эйфории пребывая, создает блестящие патриотические сборники: «Τα παράκαιρα», «Τα δέκα τετράστιχα» (оба -1919).

Паламас и Nobel
За патриотическую его позицию Паламаса до сих пор не то, что корят – помоями поливают. И ладно бы турки навроде Хикмета. Нет, как раз представители греческой прогрессивной интеллигенции – от Варналиса и до Рицоса. Что до Рицоса, не забудем: ведь Паламас резко осудил вмешательство «большевиков-волков» Аралова и Фрунзе, в 1921 спасших Кемаля – злейшего врага эллинизма. И где тут Паламас неправ?
Однако ему приторочили звание Габриэля д’Аннунцио греческого шовинизма. (Габриэль д’Аннунцио – итальянский поэт и художник, авантюрист и лютый бабник. С группой братанов захватил Дубровник и создал там Великую итальянскую республику ФИУМЕ! И долго держался еще…). Я и в прозвище, что до Габриэля д’Аннунцио, ничего уничижительного не примечаю.
Хотя по мне, Паламас был скорее греческим Киплингом. Просто Киплинг воспевал и так сущую Британскую империю. А Паламас призывал возвращение Византийской…
Конечно, с таковыми характеристиками, Костису Паламасу было сложно претендовать на Нобелевскую премию по литературе. Но он номинировался – 14 раз! В 1926-38 и 1940гг.! (Чаще, по-моему, только русский эмигрант Марк Алданов.)
За эти годы побеждали разные люди: и столпы мировой прозы (Томас Манн, 1929, Джон Голсуорси, 1932). И корифеи мировой драмы – Джордж Бернард Шоу (1925), Луиджи Пиранделло (1934),Юджин О’Нил (1936). Да попросту Иван Алексеевич Бунин (1933).
Но получали и иные, прямо сначала начнем: итальянка-прозаик Грация Деледда (1926). Какая Грация?
Философ-интуитивист Анри БергсОн (1927). Почему философ? Какой к чёрту интуитивизм?
Постаревший Паламас еще создаст два блестящих поэтических сборника – «Δειλοί και σκληροί στίχοι» («Трусливые и жесткие стихи», 1928) и «Βραδινή φωτιά» («Вечерний огонь», 1944, посмертно). Он еще будет, как мальчишка радоваться нашим победам над Муссолини, а в 1943 году, невзирая на немцев, патриоты превратят его похороны в грандиозную демонстрацию греческого превосходства вообще.
Паламас, по мнению специалистов-литературоведов, более всех из греков заслуживал Нобелевской премии по литературе, но ее не получил.
Как по мне, так более всех достоин был Кавафис. Но того и вообще ни разу не выдвигали…