Какие цели преследовал писатель? Из чего он исходил?
Если говорить о регионе и людях, частью которых я являюсь, в книге прослеживается пренебрежительное отношение к цалкинцам и вообще к грекам из Грузии. Личное отношение автора заметно практически во всех моментах. Нам, потомкам выходцев из Понта, с детства воспитываемых на рассказах о регионах происхождения наших предков, унаследовавшим греческие традиции, пусть даже с некоторыми нововведениями, неприятно отрицание нашей идентичности.
Уверяя читателей в том, что цалкинцы – не понтийцы, автор не доказывает этого!!!
На протяжении второй половины ХХ столетия греками из Центральной Грузии, в том числе и Цалкского района, были утрачены некоторые элементы понтийской греческой культуры. Редким явлением стали музыканты, играющие на понтийской лире, стало меньше понтийских танцев (это прослеживалось и в селах с грекоязычным населением), но они имели и имеют место в нашей культуре. И не только в этом наша связь с Понтом.
Дорогого стоят имена греков региона. Из Бешташени у меня на слуху остаются имена Сумела, Арети, Хрисула. Имена моих дедушек и бабушек, прабабушек и прадедов – Арети, Сократ, Феохарий, Феописти, Алексис, Онуфрий, Елизавета, Константин.
Да и фамилия дворянина Заманопуло (приведенная в книге с искажением), приведшего греков в Бешташени из Понта, говорит о многом. Церковные архивы сел Цалкского района могут стать источником для определения мест рождения первых переселенцев.
В Цалку, как и в целом в Центральную Грузию, греки заселились и из Трапезунда, и из Аргируполи, и из Карса, и с Эрзерума, и из глубинных регионов Малой Азии.
Часть побережья Понта Эвксинского, названного термином “Понт” в период существования Понтийского царства – не единственный регион расселения греков Причерноморья (Северное, Западное, Южное), имеющих общие корни со времен Великой греческой колонизации.
Да и собственно Понт делится, как известно, на две части – приморский и континентальный. Об этом говорит Христос Самуилидис в своей книге «История Понта Эвксинского». И глубинным, континентальным Понтом греческий мир не заканчивается. Как проследить границу между регионами на полуострове Малая Азия, который на протяжении многих тысячелетий являлся греческим? И стоит ли?
Доводы автора книги, что цалкинцы являются греками, но не являются понтийцами, может быть удобным для недоброжелателей греческой нации, в частности турок. Им выгодно разделение греков на части. Они стараются доказать, что местное население Малой Азии – ромеи (урумы) в прошлом были ассимилированы греками, а не являлись таковыми.
Все Причерноморье, и во времена существования Понтийского царства в древности, и Трапезундской империи в средние века, входило в общее греческое пространство. И это, ни много ни мало, 600 лет из общей 3000-летней истории греков Понта Эвксинского.
Прошли века, но нашу понтийскую историческую родину продолжают делить на части. Недоброжелатели находят среди нас людей, которые, не зная истории, идут у них на поводу. Если сомнительные исследователи добьются своего, то позже заявят, что мы сами не считаем себя единым народом.
Под сомнение может быть поставлен и геноцид греков Понта.
Возникает вопрос – не является ли территориальное ограничение в рамках только южного побережья Понта Эвксинского, а не всего региона, «воровством нашей истории»? Понт – это более обширный регион, и на его территории проживали и проживают греки с общим происхождением.

Что касается греков из Грузии: они, переселившись в этот регион в конце 20-х годов XIX столетия и позже, стремились жить в новых условиях, сохраняя свою православную греческую культуру. Та же часть греков, которая в обиходе пользовалась мусульманским языком (именно так цалкинцы называли тюркский говор, используемый ими в силу ряда исторических причин) понимала, что говорит на чужом языке.
В Цалкском районе по сей день сохраняется множество церквей, построенных греками. В церкви самого города Цалка служба велась на греческом языке, и сам священник был греком. Я помню с детства большой православный праздник «Метаморфоси», проводившийся в Цалкском районе в августе и собиравший тысячи верующих.
Цалкинцы ничем не больше других народов подвержены синдрому просмотра турецких сериалов. Им чуждо все тюркское. Их культура и восприятие мира тождественны общегреческим во всем мире.
Говорить об этом можно до бесконечности. Поэтому и возникает вопрос: почему господин Джуха видит все совершенно в другом свете? Провел ли он необходимые исследования или исходит из неприязни к грекам других регионов, и особенно Грузии.
Неопределенным, как видно, остается понимание автором и того, кто собственно такие понтийские греки. Почему жители Цалки и Мариуполя не могут быть их частью?
Разделение на категории с указанием на мнимые различия и неисследованные особенности ведет к раздорам и распрям там, где необходимо единение.
Я надеюсь, что в рядах наших понтийских греков найдутся исследователи и историки, которые смогут дать научно обоснованный ответ на стремление разобщить древний и гордый народ, сохранивший свою национальную идентичность, несмотря на катаклизмы истории.

P.S.
Обращение к Джухе И.Г.
1. Стр.181 вашей книги: «Турецкий геноцид и сталинские репрессии — не их боль.» Господин Джуха, на протяжении многих лет в России и, в частности, в городе Москва, цалкинские греки участвуют во всех мероприятиях, связанных с геноцидом и репрессиями тех лет.
2. Стр.172: приведены в пример цитаты некого Эриксона о «безличности, робости, подозрительности, о жалком существовании цалкинских греков и об их пьянстве.» Но это не может раздражать так, как ваша цитата «вряд ли стоит сомневаться в приведенных Э.Эриксоном частных примерах».
3. Стр.185: о греках Ганахлеба и об их армянском происхождении. Вам было бы неплохо поближе познакомиться с представителями этой деревни, с такими уважаемыми фамилиями как: Аслановы, Алихановы, Григориади, Леоновы, Захаровы и т.д. Они основательно вам объяснят и расскажут об их происхождении.
4. «они неохотно смешиваются с соплеменниками из других регионов и даже в общих «всегреческих» мероприятиях держатся особняком» (речь о цалкинцах, стр.189);
«Цалкинцы не испытывают ностальгии по Эрзеруму или Карсу, в отличие от понтийских сожалений о Понте» (стр.191);
«Греки Цалки никогда не были подданными Греции» (стр.195);
«практикуется исключительно турецкий танец, напоминающий русский хоровод» (cтр.201).
Вы кто? Историк? О чем вы пишете? Вы прожили с этими людьми или просто ненавидите их?

Георгий МАРТАСИДИС, Москва.

Сообщение Псевдоочерк, разделение, ненависть… появились сначала на АФИНСКИЙ КУРЬЕР.

В 2016 году известным  исследователем Иваном Джухой была издана книга «Мариупольские, цалкинские, понтийские…», которая еще до своего издания вызвала нездоровый ажиотаж как в Греции, так и в странах постсоветского пространства.

Автор решил классифицировать греков бывшего СССР, разделив их на несколько групп. Причем, приазовских (мариупольских) греков объединил в одну группу (грекоязычные и греко-татары), несмотря на их языковые и другие различия, а цалкинских и понтийских, при наличии аналогичных различий, развел в разные группы.
В этой связи можно отметить, что многообразие греческого мира – феномен исторический, когда в течение почти 3-х тысячелетий греки были разбросаны по многим странам и регионам. Это, кстати, не только греческий феномен, такое можно встретить и у евреев, и у грузин,  и у многих других народов – список можно продолжить до бесконечности. Но именно в этом отношении все ветви греческой нации довольно однородны, во всяком случае, очень мало существенных различий.
Мне не известно, что было бы с реакцией нашей общественности на эту книгу, если бы не появились на свет полемические заметки Кирияка Иорданова.
Отметив положительные моменты книги (добротный литературный язык, смелую попытку проанализировать культурологические, географические и иные  аспекты, характеризующие разнообразие нашего  непростого греческого  мира на территории бывшего СССР), К.Иорданов подверг довольно резкой, но аргументированной критике целый ряд положений, утверждений и выводов, приводимых автором книги (с полным текстом этих заметок можно ознакомиться в фейсбуке на странице (в профиле) Янниса Карипидиса по адресу https://www.facebook.com/giannis.karypidis.3/posts/1580279011995350)
Я не историк и не хотел бы здесь обсуждать вопрос о том, являются ли цалкинцы понтийцами или нет. На эту тему можно будет провести научную конференцию и предоставить слово нашим уважаемым специалистам – историкам.
К сожалению, по истории греков бывшего Советского Союза, в том числе и по истории цалкинских греков, все еще нет фундаментальных трудов, и на этом фоне любой исследователь имеет право на свою версию – заметим, аргументированную версию.
У Ивана Джухи была, думаю, такая версия, такая попытка классификации. И он, конечно же, имел право на такой анализ, если бы не принял совершенно  недопустимую для серьезного исследователя позицию – явно пренебрежительное отношение к огромной общине цалкинцев.
Итак, полемические заметки К. Иорданова опубликованы.
Как будто все становится на свои места – за несколько дней появляется около 700 комментариев на его статью. Комментариев разных – в зависимости от багажа знаний и эмоциональных характеристик отдельных авторов. И вдруг мы узнаем, что есть ответ от Ивана Джухи, но не автору заметок, а прямо в газету «Омония». После опубликования этого весьма некорректного ответа в Фейсбуке, опять-таки на странице (профиле) Янниса Карипидиса, посыпались дополнительные 400 комментариев за три дня, которые придали данной теме своеобразную пикантность.
В своем ответе в газету И. Джуха отмечает, что взгляд со стороны порою более объективен, нежели изнутри, поэтому, думаю, что будет правильно, если именно я отвечу на его скажем мягко, едкое письмо с нескрываемыми оттенками ехидства, которое он даже не счел нужным отправить автору критических заметок.
Среди вышеуказанных комментариев есть и несколько моих. Я пытался, в силу своих  возможностей, остудить пыл некоторых, особо рьяных критиков И.Джухи и напомнить читателям о несомненных его серьезных заслугах при написании и издании целой эпопеи по истории репрессий против греков в СССР. Но, как говорится, ложка дегтя портит бочку меда, и этой самой ложкой дегтя оказалась последняя работа «Мариупольские, цалкинские, понтийские…», а также его ответ через газету.
Я в Цалке никогда не был, но думаю, что цалкинские греки, подчеркну, не цалкинцы, а именно цалкинские греки, чувствуя некоторую свою ущербность из-за незнания ими греческого (ромейского, понтийского) языка, были и есть более патриотичные греки, чем все остальные.
Где еще кроме Цалкского района вы слышали столько древнегреческих имен? Почти в каждой семье – Аристотель, Платон, Архимед, Диоген и многие-многие другие. Эти имена они давали и дают своим  детям, чтобы лишний раз показать и подчеркнуть свою греческость, что, несмотря на коллизии истории, они были и остаются составной частью нашей греческой нации.
Я грек-ромей, или, как сейчас модно говорить, понтиец, и стараюсь быть объективным, но не думаю, что я больший грек, чем кто-то из моих цалкинских друзей. Только глупец может утверждать, что цалкинские греки не того сорта.
Любой сухумчанин подтвердит, что патриотичнее греков в Абхазии не было, чем цалкинские греки Геннадий Софиадис (следователь прокуратуры Абхазии, а затем главный арбитр Минторга Абхазии) и ныне покойный Николай Тахмазов (старший следователь прокуратуры Абхазии).
Греческая библиотека Гены Софиадиса могла поспорить с нашей республиканской. Он даже свою фамилию в те, советские годы, официально переиначил на греческий лад – Софиадис. А самое главное в цалкинских греках – это их высокое национальное самосознание и сохранение православия.
Приведу немного известной статистики (это к теме о необразованности цалкинских греков): по числу людей с высшим образованием на тысячу жителей в мире на первом месте был СССР, в СССР – на первом месте была Грузия, а в  Грузии – на первом месте был Цалкский район. Думаю, выводы можно не озвучивать.
Из многих сотен греков бывшего СССР, добившихся выдающихся результатов в своих отраслях и сферах, большая часть – выходцы из Цалки. Это и академики с профессорами, и заслуженные генералы, и ученые, и спортсмены, и бизнесмены и т.д.
Да, я владею понтийским (ромейским) языком, т.к. родился и вырос в Сухуми, но мы там называли себя ромеями, а не понтийцами. Понтиец – чисто географическое и политическое название и лично мне ничего не говорит, т.к. на побережье Понта Эвксинского жили и ассирийцы, и армяне, и люди многих других национальностей. И что, они не имеют права называть себя понтийцами по месту происхождения своих родителей?
И вообще, кто из нас знал (до 1990 года, до переезда в Грецию), что мы понтийцы? Мы все и всегда были греками и этим гордились.
С Иваном Джухой у нас прекрасные отношения, и он  написал хорошую книгу, но многие его выводы спорны, и в этом я поддерживаю и разделяю мнение Кирияка, т.к. видел и анализировал его послание еще до публикации. Это послание (очень корректное) было отправлено автору книги за несколько дней до публикации в газете с надеждой на то, что эти небольшие заметки будут учтены  при переиздании книги.
Но ответ  почему-то пришел через газету, причем иначе, чем циничным и некорректным его не назовешь. Не думаю, что писатель Джуха нуждается в моих советах, но в этих чувствительных вопросах национального характера, когда говоришь о многотысячной общине, очень важно не переборщить, не переходить известные всем острые грани, которые  воспринимаются всеми очень болезненно.
Я вообще не хотел вступать в такую полемику, где дискуссии и обсуждения порой переходят все грани дозволенного и скатываются в итоге в перебранку со взаимными оскорблениями.
И еще, может быть, самое главное, что нельзя оставить без внимания. Я ожидал, признаюсь,  другой ответ от моего друга Ивана Джухи – искренний, благожелательный, с попыткой понять своего читателя. Из его же ответа в газету получается, что он пытается  вбить клин между грекоязычными и туркоязычными греками бывшего СССР, апеллируя к мнению грекоязычных о цалкинцах. А это, как я понимаю и оцениваю, не только  грубая ошибка, но очень опасная провокация против нас всех, против греков.
На основании чего он позволяет себе такое заявление?  Он что, проводил опрос общественного мнения? В любом случае такое заявление – «одна баба сказала» – ни в коем случае нельзя было вынести на страницы газеты, не важно какой.
Должен отметить еще одно – в этой бурной дискуссии на страницах Фейсбука в течение трех недель мы увидели не только боль и возмущение цалкинских урумов, но и некоторые комментарии наших известных понтийцев, по сути, подливающих масло в огонь, вольно или невольно разведенный И. Джухой.
Жаль, сколько еще раз мы будем наступать на одни и те же грабли?
Наши проблемы, наши раны мы должны лечить сами, а не искусственно провоцировать их обострение.
Это, смею заметить, очень недальновидная и опасная политика, которая на пустом месте сеет подозрения и создает раздор и раскол между нами, вместо того, чтобы акцентировать внимание на общности нашей истории, ее трагических и героических страниц.

С уважением ко всем читателям, Иван ЗЕЛИЛОВ, сухумский грек.

Сообщение Когда слово ранит. Полемика вокруг книги Ивана Джухи появились сначала на АФИНСКИЙ КУРЬЕР.